Проект десятилетия

7 ноября тот знаменательный день, когда на Белорусской АЭС Президент дал разрешение на подъем электрической мощности энергоблока до 400 МВт. Речь, однако, не только о прибавке киловатт‑часов в наши электросети. С пуском своей атомной электростанции принципиально меняется научно‑технологическая и производственная атмосфера в стране. И Беларусь с полным правом еще раз подчеркивает принадлежность к самым развитым государствам мира.
Сейчас самое время вспомнить, как Беларусь шла к созданию своей атомной энергетической отрасли. Впервые эта задача была поставлена еще в СССР. Уже тогда было очевидно, что использовать ценнейшее органическое топливо — нефть и природный газ — для обогрева и освещения слишком расточительно. И началось сооружение под Минском АТЭС — атомной тепловой электрической станции. Предполагалось, что она обогреет и осветит ближайшие районы столицы. Чернобыльская катастрофа, а затем и развал СССР перечеркнули эти планы…
Впоследствии заместитель министра энергетики Михаил Михадюк пояснял:
— Мы должны понимать, что Беларуси нужна АЭС. Страна не обладает собственными энергетическими ресурсами, поэтому альтернативы нет, несмотря на использование местных видов топлива, гидро‑ и ветроэнергетики, возможное строительство генерирующего источника на бурых углях. АЭС поможет серьезно решить вопросы энергетической безо­пасности, позволит сдерживать рост тарифов на энергетику, а может, и снизить их.
К этому можно добавить и другие аргументы. Атомная электроэнергия примерно вдвое дешевле полученной на органическом топливе. Цены на горючее для АЭС стабильны, и его можно закупить на годы вперед. Станция способна заместить до четверти общего потребления природного газа в стране.

Михаил Михадюк
БелАЭС. Так все начиналось
И все‑таки решиться на строительство АЭС было крайне непросто
Ведь полтора‑два десятка лет назад последствия чернобыльской катастрофы еще болезненно сказывались на жизни сотен тысяч наших граждан. Пожалуй, наиболее остроту вопроса ощущал Президент. В 2005 году он утвердил Концепцию энергетической безопасности Республики Беларусь, которой предусматривалось, в частности, изучение целесообразности строительства атомной электростанции, в первую очередь с целью диверсификации видов топлива.
Вспоминается одно из первых совещаний по этому поводу на высшем уровне. Атмосфера в круглом зале Министерства энергетики стояла, прямо скажем, наэлектризованная. Есть ли уверенность в необходимости сооружения АЭС при безусловной гарантии ее безопасности? — спрашивал Александр Лукашенко специалистов и управленцев. Президент потребовал максимально ответственно подойти к изучению этого вопроса.
Ученым, Минэнерго и другим министерствам поручили детально изучить возможности строительства своей АЭС. Специалисты в ответ гарантировали, что современная атомная энергетика повторением чернобыльской катастрофы не грозит. В 2007 году был сделан вывод о целесообразности возведения станции и о том, что в стране есть для этого соответствующие научные и производственные компетенции. И 12 ноября того же года вышел Указ Президента № 565 «О некоторых мерах по строительству атомной электростанции». Примерно через месяц на заседании Совета Безопасности, проходившем под председательством Александра Лукашенко, было принято окончательное политическое решение о возведении в стране АЭС, а затем вышло и соответствующее постановление.
Решение о строительстве АЭС и каждого энергоблока в отдельности принималось Президентом
В последующие несколько лет для его реализации было предпринято немало важных законодательных и организационных шагов. Александр Лукашенко подписал Закон «Об использовании атомной энергии». С Россией заключено соглашение об использовании атомной энергии в мирных целях. Появились Департамент по обеспечению безопасности в области производства и применения атомной энергии, дирекция по строительству АЭС, началась подготовка к лицензированию строительных и эксплуатирующих организаций, крупнейшие вузы организовали обучение кадров для обслуживания атомной станции — перечень мер, предшествовавших тому, когда был вбит первый колышек на месте будущего суперобъекта, можно продолжать еще долго. Однако решение о строительстве АЭС и каждого энергоблока в отдельности принималось Президентом.
Локейшн и еще раз локейшн
Любой риелтор знает: стоимость жилья в первую очередь зависит от локейшн — того, где оно находится. В отношении АЭС месторасположение стократ важнее, но по другой причине — с точки зрения безопасности. Хотя со времени выбора в Беларуси площадки для АЭС прошло уже около 15 лет, некоторые этот вопрос до сих пор пытаются сделать предметом дискуссии. Так что есть смысл вернуться, чтобы посмотреть, как же все было на самом деле.

Итак, в соответствии с рекомендациями МАГАТЭ в Беларуси разработали национальный нормативный документ по выбору площадки. Главный критерий — отсутствие в глубине грунтов разломов. Но учитывалось и наличие подъездных путей, линий электропередачи, источников воды для охлаждения энергоблоков. Изначально в поле зрения специалистов попали 74 пункта, из которых в итоге были отобраны четыре площадки для возможного строительства АЭС. Сначала приоритет отдавался Краснополянской и Кукшиновской, расположенным на востоке Беларуси. Две специальные миссии МАГАТЭ по выбору площадки рассмотрели результаты изысканий и отметили, что наша страна провела беспрецедентный объем работ.
Чтобы определить плотность грунтов, за рубежом пришлось приобрести дорогостоящую технику. На каждой площадке было пробурено более 100 скважин глубиной 120 метров. Этого хватило с запасом, поскольку воздействие сооружений АЭС прекращается на глубине 70 метров. И вот тут специалистов ждало неприятное открытие. Оказалось, на Краснополянской площадке на глубине 25 метров находится мощный слой обводненного мела. Как быть?

Пришлось пригласить экспертов ведущих украинских и российских проектных институтов. Их мнение было единодушным: обводненный мел может уйти, и тогда под АЭС образуется провал. Последствия могут быть непредсказуемые. Аналогичная проблема обнаружилась и на Кукшиновской площадке.
Так на первый план вышли запасные варианты. На Верхнедвинской площадке геологические изыскания сразу же обнаружили высокий уровень подземных вод и слабые грунты. И только на Островецкой весь цикл изысканий, проведенных самыми глубокими способами, не выявил ни одного отрицательного фактора, способного помешать строительству АЭС. Это подтвердили украинские и российские эксперты. А затем и государственная правительственная комиссия. Результаты изысканий представлены в МАГАТЭ. В Беларуси и сопредельных странах также прошли общественные обсуждения возможного воздействия АЭС на окружающую среду. Многие из высказанных там замечаний учтены.

Что важно, контроль за состоянием «подземелья» под будущей АЭС и природы вокруг нее постоянно ведется до сих пор. И никаких тревожащих факторов не обнаружено.
Стройка, каких еще не было
Кому поручить возведение объекта, призванного определять энергетический профиль страны на ближайшие 100 лет? Не только самого масштабного в истории Беларуси, но и налагающего на нее четкие международные обязательства в сфере безопасности? Специалисты пришли к выводу, что наиболее перспективными являются проекты АЭС с усовершенствованными водо‑водяными реакторами третьего поколения повышенной безопасности. В мае 2008 года Беларусь направила приглашения к участию в проекте трем наиболее авторитетным мировым компаниям России, Франции и США, обладающим соответствующими технологиями. Однако только российская государственная корпорация «Росатом» подтвердила возможность выполнить заказ в предложенные сроки. Были оговорены и выгодные финансовые условия по кредитованию объекта. И 15 марта 2011 года в Минске главы правительств России и Беларуси — тогда ими являлись Владимир Путин и Михаил Мясникович — подписали знаковое соглашение о строительстве Белорусской атомной электростанции. Так была заложена правовая база для заключения соответствующего контрактного соглашения — детального плана реализации масштабного проекта. Генеральным подрядчиком строительства стало российское ЗАО «Атомстройэкспорт». Общую стоимость объекта, включая инфраструктуру, определили в 9 — 10 миллиардов долларов, основную часть которых покроет целевой российский кредит, предоставленный на десятки лет.