Он уважительно, с особым трепетом, присущим людям, вышедшим из деревни, относился к земле и тем, кто на ней работает. Ценил добросовестный труд и преданность своему делу. А еще никогда ничего не откладывал на потом, потому что знал: еще один день – и время может быть упущено. Под руководством Михаила Карч­мита агрокомбинат «Снов» стал не только гордостью белорусского агропромышленного комплекса, но и ориентиром развития сельскохозяйственной отрасли страны. Дочь Героя Беларуси Оксана Старикова рассказала о жизненных уроках своего отца, с какими вопросами обращается к нему в мыслях и почему важно говорить родным людям слова любви.
Оксана Старикова, дочь Михаила Карчмита
– Оксана Михайловна, вашего отца не стало 17 лет назад. Мне кажется, чем больше времени проходит после утраты даже самых близких, мы вспоминаем о них, к сожалению, все реже и реже. При каких обстоятельствах вы вспоминаете об отце?
– Однозначно, когда приезжаю домой, в Снов, где бываю раз в две недели. Сейчас там живет мама. Кстати, в доме все осталось практически, как и было при папиной жизни. Так вот, когда приезжаю, мы обязательно идем на кладбище. Если случаются какие-то проблемы, тяжело на душе, папе обо всем рассказываю, не вслух, конечно, про себя, между нами происходит некий диалог-монолог. И на самом деле становится гораздо легче. Сегодня мне иногда не хватает его советов. Я обязательно к нему обращалась, если нужна была помощь в принятии какого-то важного решения – куда пойти учиться или работать, как лучше поступить в той или иной ситуации. Он был выдающимся стратегом, умел спрогнозировать, к примеру, какие профессии станут актуальными, а какие утратят популярность. Когда мы с братом поступали, очень модным было направление юрист-экономист. Папа предупредил, что скоро рынок будет переполнен такими специалистами. Лучше, сказал, идти в инженеры (брат, кстати, так и сделал), как он, это стабильная профессия. И, как оказалось, был прав.
– А отец не хотел, чтобы вы пошли по его стопам?
– Не думаю, по крайней мере мы никогда об этом не говорили. Хотя экономическое образование, второе, у меня есть.
– Михаил Александрович сказал в одном из интервью, что, «как бы там ни было, у меня на первом плане работа». Он настолько фанатично относился к работе, трудоголизм зашкаливал?
– Мне кажется, дело в мышлении. Это просто его стиль жизни. Он много-много лет не уходил в отпуск. Только в последние годы они с мамой открыли для себя Сочи, выезжали вдвоем на отдых. Он получал удовольствие на работе, жил этим. Не думаю, что это фанатизм.
– В хорошем смысле слова…
– Если в хорошем, то возможно. Это действительно было в ущерб его здоровью. Сейчас-то я понимаю. Он говорил: если бы в студенческие годы я не занимался спортом, вряд ли бы смог столько работать. Поэтому повторял нам с братом – занимайтесь спортом, физической активностью, это помогает.
– Трудоголизм передается генетически?
– Наверное, да. Я предпочту изучать что-то новое, работать, нежели лежать на пляже. Есть такая теория, которую выдвинули ученые из университета Глазго, – интеллект передается от отца к дочери, а от дочери – к ее сыну. Это, наверное, про нас. У меня с отцом схожие мышление, стремления и амбиции.
– Отец трудоголик, пропадает на работе. Вам уделял достаточно внимания?
– Тогда мне казалось, что это норма. Ведь я не видела другого сценария. Но недостатка любви и внимания не чувствовала, это факт. Когда нужно, он всегда был рядом.
– Папа баловал вас?
– Привозил иногда какие-то подарки из командировок, не без этого. Из Индии, например, украшения, желтые такие. Мне, тогда еще маленькой девочке, хотелось думать, что это золото с бриллиантами. Я их, по-моему, и не носила вовсе, но была рада: ни у кого нет, а у меня вот какая красота.
– Так вы папина дочка или мамина?
– Наверное, поровну. Мама, правда, нас с братом чаще наказывала. За дело. Она занималась нашим воспитанием. А папа… Папа больше как советчик.
– Значит, мама эдакий «плохой полицейский»… А мне казалось, должно быть наоборот. Ваш отец много лет руководил большим коллективом, без жесткости в характере это, наверное, невозможно.
– Да, на работе он был требовательным. А как по-другому? Когда от тебя и твоих решений зависит огромнейшее производство и такое количество людей. А дома он отдыхал душой, с нами был другим. Приходил с работы и маме, бывало, рассказывал: может, зря я вот так… Делился с ней всем, переживал, правильно ли поступил. Самоедство ему присуще. Даже когда получил звезду Героя, переживал: а достоин ли? И после этого еще с большим рвением и усердием начал работать, чтобы показать, что действительно достоин.
– Помните день, когда узнали, что ваш отец удостоен звания Герой Беларуси?
– Я уже жила отдельно. Мне мама об этом рассказала. Это было что-то нереальное, что не до конца осознаешь. А с другой стороны, думаешь: а кто еще, если не папа? Я привыкла, что он постоянно в центре внимания – и на съезд, и в парламент. И у меня никогда не возникало сомнений, что он достоин этого звания. Хозяйство, которым отец руководил, знали во всем мире.
– Наверняка, это как-то и на вас сказалось…
– Нет, что вы.
На административном здании агрокомбината «Снов» установлена мемориальная доска Михаилу Карчмиту.
Улица Карла Маркса в поселке Снов, на которой жил Герой Беларуси, переименована в улицу Михаила Карчмита
Михаил Карчмит (из интервью газете «Советская Белоруссия», 2004 год):

– С интересом присматриваюсь к сегодняшней молодежи. В особенности к тем, кто только приходит в хозяйство. Часто сравниваю с нашим поколением. И думаю, чем они, сегодняшние двадцатилетние, лучше нас. Когда я вижу в поведении, поступках молодых ребят стремление к новому, к развитию, радуюсь. И понимаю, что молодежь многого может добиться. Мы должны ей больше доверять. Тогда и необходимый для дела опыт придет гораздо быстрее.
ПАМЯТЬ
– Ну как же… Отец Герой Беларуси. Этого не сделай, того не скажи…
– А, вы об этом?! Так подобный «стоп» у меня присутствует с раннего детства. Папа же руководитель со стажем. Если что вдруг – все знают, чья я дочь. А еще я всегда думала о том, что скажут родители. Благодарна за такое воспитание, потому что, возможно, именно этот «стоп» меня останавливал и предостерег от каких-то необдуманных поступков.
– За какие жизненные уроки благодарите отца?
– На примере папы и мамы я прочувствовала, насколько важно уважать старших. Папа безгранично уважительно относился к родителям мамы. У него были великолепные отношения со своей мамой. Такое редко увидишь, это образец. И у меня отец и мать – это единое целое, они всегда вместе – папа-мама. А у моих детей – бабушка-дедушка.
– Михаил Александрович застал внуков?
– Да, двоих. А сейчас у него их пятеро. Двое моих детей и трое – брата.
– Каким он был дедушкой?
– Моя дочь родилась накануне папиного дня рождения, и он всем говорил, что это подарок такой. И всем рассказывал, что она пошла в него. Он был очень счастлив. Дочка не слезала с его колен. Она хорошо помнит дедушку, даже в школе про него рассказывала ребятам на классных часах.
– Понятно, что человек, столько лет проработавший на земле, и дома хозяйство держал…
– Конечно, у нас всегда был огород, им заведовала мама. Она тоже из сельской семьи. Но нас с братом родители никогда не заставляли полоть или собирать жуков. Есть желание – обязательно поможем. Папа тоже делал немало по дому. Помню, самостоятельно обкашивал участок. Все удивлялись: почему председатель сам косит? А для него это не проблема, он привык к труду и не кичился своим статусом.
НАГРАДЫ

Указом Президента № 362 от 30 июня 2001 года за самоотверженный труд, исключительные заслуги в развитии сельскохозяйственного производства Михаилу Карчмиту присвоено звание «Герой Беларуси»;

орден «Знак Почета»;

звание «Заслуженный работник сельского хозяйства Республики Беларусь»;

Государственная премия Республики Беларусь в области естественных наук;

звание «Почетный гражданин города Несвижа».
– А вы своих детей сейчас приобщаете к работе на земле?
– Надо прививать интерес, но ни в коем случае не заставлять. Поколение совершенно другое сегодня. Говорят, что у подростков и молодежи клиповое мышление. Не согласна. Не клиповое оно. Если им тема интересна, они будут изучать ее, достанут информацию откуда угодно. Они другие, это мы не понимаем их, это мы не перестроились. Подходы к современным подросткам должны быть иными, они гораздо умнее. Если сравнивать нас с мобильными телефонами, то мы с вами седьмой айфон, а они – двенадцатый.
– Вашего отца не стало в 55 лет. Очень рано. Наверняка, он мог сделать еще очень многое в профессиональном плане?
– Конечно, не сомневаюсь. У него было много планов и идей. Он постоянно развивался. Я никогда не слышала от него: вот я достиг этого или того. Это бы означало – конец. Кто-то ищет тысячу причин, чтобы не сделать, а у него всегда была тысяча возможностей, чтобы сделать.
ЦИТАТА
– Чего вы не успели сказать своему отцу?
– Наверное, таких слов нет. То, что я его люблю и он очень мне дорог, всегда говорила. И вы говорите об этом своим близким. Как можно чаще.
О деятельности Михаила Александровича снят документальный фильм «Хозяин»
С дочерью, сыном и внучкой
© Издательский дом "Беларусь сегодня", 2021